предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава

Тема 6. Учительные книги

6.3. Притчи Соломоновы

Книга Притчей Соломоновых состоит из множества кратких афоризмов, выполненных в виде наставлений и советов мудрого родителя юноше, вступающему во взрослую жизнь. "Уклонись от зла и сотвори благо" - вот главная тема этих притчей, и эту же заповедь автор высказывает по-другому: "не совершай глупостей, но ходи путем мудрых". Автор Притчей не вдается глубоко в проблемы первородной испорченности человека, и для него быть мудрым и быть праведным - одно и то же. Если человек грешит, значит, он глупец. И в самом деле, умный человек, внимательно рассмотрев пути праведника и злодея, вряд ли стал бы грешить. Здесь мы видим оптимистичную апелляцию к тому, что в мире принято называть здравым смыслом /1, 1-6/. Послушаем эти древние, но в большинстве своем ничуть не потерявшие актуальность "наставления отца" и "заветы матери":

"Сын мой! если будут склонять тебя грешники ...
если будут говорить: "иди с нами, сделаем засаду
для убийства,
подстережем непорочного без вины,
живых проглотим их, как преисподняя...
наберем всякого драгоценного имущества,
наполним дома наши добычею -
не ходи в путь с ними,
удержи ногу твою от стези их ...
напрасно расставляется сеть ...
таковы пути всякого, кто алчет чужого добра
оно отнимает жизнь у завладевшего им /1, 11-19/
Не отказывай в благодеянии нуждающемуся,
когда рука твоя в силах сделать его.
Не говори другу твоему: "пойди и приди опять,
и завтра я дам", когда ты имеешь при себе.
(Ибо ты не знаешь, что родит грядущий день.)...
Не ссорься с человеком без причины,
когда он не сделал зла тебе. /3, 27-30/
Не вступай на стезю нечестивых,
и не ходи по пути злых ...
потому что они не заснут, если не сделают зла;
пропадает сон у них, если они не доведут
кого до падения;
ибо они едят хлеб беззакония
и пьют вино хищения /!/
Стезя праведных - как светило лучезарное,
которое более и более светлеет до полного дня;
Путь же беззаконных - как тьма;
они не знают, обо что споткнутся. /4, 14-19/
Если ты поручился за ближнего твоего...
ты ... пойман словами уст твоих ..." /6, 1-2/

/в самом деле, как часто поручительство и немудрая доверчивость становятся причиной тяжких трагедий/

"Пойди к муравью, ленивец,
посмотри на действия его, и будь мудрым.
Нет у него ни начальника,
ни приставника ...
но он заготовляет летом хлеб свой,
собирает во время жатвы пищу свою.
(Или пойди к пчеле, и познай,
как она трудолюбива, какую ... работу она производит,
ее труды употребляют во здравие
и цари и простолюдины ...
хотя силою она слаба, но мудростью почтена.)
Доколе ленивец, будешь спать?...
Немного поспишь, немного подремлешь...
и придет, как прохожий, бедность твоя." /6, 6-11/

Муравей и пчела часто вспоминаются в религиозной литературе как яркие примеры премудрого Божественного устроения всей твари. В связи с последней строкой цитаты необходимо напомнить, что в ВЗ иудаизме, во многом ориентированном на земную жизнь, богатство считается свидетельством благословения Божия и результатом трудолюбия, и в отношении богатства и бедности в книге Притчей мы находим замечательное высказывание:

"Двух вещей я прошу у Тебя,
не откажи мне, прежде нежели я умру:
суету и ложь удали от меня,
нищеты и богатства не давай мне,
питай меня насущным хлебом,
дабы, пресытившись, я не отрекся Тебя
и не сказал: "кто Господь?",
и чтобы, обеднев, не стал красть
и употреблять имя Бога моего всуе." /30, 7-9/

Притчи проникнуты упованием на неотвратимое наказание любого нераскаянного грешника и посюстороннее блаженство мудрого праведника.

"Человек лукавый, человек нечестивый
ходит со лживыми устами,
мигает глазами своими, говорит ногами своими..."
/как верно подмечено: лгун нервничает, его и походка выдает!/
"...коварство в сердце его; он умышляет зло... сеет раздоры.
Зато внезапно придет погибель его,
Вдруг будет разбит - без исцеления." /6, 12-15/

/тут на ум сразу приходит немалое число исторических примеров/

"Вот шесть, что ненавидит Господь ...
глаза гордые, язык лживый
и руки, проливающие кровь невинную,
сердце, кующее злые замыслы,
ноги, быстро бегущие к злодейству,
лжесвидетель, наговаривающий ложь
и сеющий раздор между братьями." /6, 16-19/.

Таким методом перечисления автор пользуется довольно часто:

"От трех трясется земля,
четырех она не может носить:
раба, когда он делается царем;
глупого, когда он досыта ест хлеб,
позорную женщину, когда она выходит замуж,
и служанку, когда она занимает место госпожи своей."
/30, 21-23/

Отметим попутно, что направляя не только дела, но и слова, желания и мысли юного слушателя, автор Притч свидетельствуют о ВЗ-ной аскетике:

"Не допустит Господь терпеть голод душе праведного,
стяжание же нечестивых исторгнет...
Ненависть возбуждает раздоры,
но любовь покрывает все грехи...
При многословии не миновать греха,
а сдерживающий уста свои - разумен.
Благословение Господне - оно обогащает
и печали с собой не приносит./10, 3,12,19,22/
Благотворительная душа будет насыщена,
и кто напаяет других, тот и сам напоен будет."
/10, 3, 12,1119,22; 11,25/.

Ведь никаким законом не научишься правильной оценке собственного поведения:

"Не учащай входить в дом друга своего,
чтобы он ... не возненавидел тебя" /25, 17/

Не сможет апеллировать к Закону пострадавший от зависти и лицемерия, но Мудрый предупреждает:

"Не вкушай пищи у человека завистливого,
и не прельщайся лакомыми яствами его...
Кусок, который ты съел, изблюешь,
и добрые слова твои ты потратишь напрасно" /23, 6,8/

Необходимо отметить, что большинство поучений строятся на метком противопоставлении, которое само по себе обусловлено свободным нравственным выбором человека; реже они строятся на сравнении или усилении смысла:

"Лучше смиряться духом с кроткими,
нежели разделять добычу с гордыми.
В полу бросается жребий,
но всё решение его - от Господа.
Лучше встретить человеку медведицу, лишенную детей,
нежели глупца с его глупостью.
Лучше блюдо зелени, и при нем мир,
нежели откормленный бык, и при нем раздор.
Что золотое кольцо в носу у свиньи,
то женщина красивая - и безрассудная.
Не обличай кощунника, чтобы он не возненавидел тебя,
обличай мудрого, и он возлюбит тебя.
На разумного сильнее действует выговор,
чем на глупого сто ударов.
Не отвечай глупому по глупости его,
чтобы и тебе не сделаться подобным ему;
но отвечай глупому по глупости его,
чтобы он не стал мудрецом в глазах своих."
/16, 11,33; 17, 12; 11, 22; 9, 8; 17, 10; 26, 4,5/

В вопросе отношения к обидчику и врагу автор Притчей, написанных в V в. до Р.Х., также идет дальше Моисеева Закона, который дозволял ненавидеть врага и воздавать ему за зло, и даже полемизирует с известным правилом нравственности:

"Не говори: как он поступил со мною,
так и я поступлю с ним, воздам человеку по делам его...
Милость и истина да не оставляют тебя ...
напиши их на скрижали сердца своего . .
Не говори: "я отплачу за зло";
предоставь Господу, и Он сохранит тебя.
Всё сделал Господь ради Себя,
и даже нечестивого блюдет на день бедствия

/последнюю фразу можно понимать двояко: как орудие Божие, посланное для вразумления других, или "хранит до последней надежды на раскаяние"/

Если голоден враг твой, накорми его хлебом;
и если он жаждет, напой его водою ...
делая сие, ты собираешь горящие угли на голову его ,
и Господь воздаст тебе

/"горящие угли" - если он продолжает враждовать; в целом эта мысль перекликается с понятием о священном характере домашнего крова, символа Божьего покрова/

Не радуйся, когда упадет враг твой ...
Иначе увидит Господь ...
и Он Отвратит от него гнев Свой."
/24, 9; 3, 4; 20, 22; 16, 4; 25, 21-22; 24, 17-18/.

В отличие от Экклезиаста автор Притчей сразу поясняет, что все пути человека проходят пред Господом, и сама мудрость есть не просто сумма житейского навыка:

"Начало мудрости - страх Господень ...
благоговение к Богу - начало разумения". /1, 7/

И потому высшая человеческая мудрость /премудрость/ есть совокупность интеллекта, жизненного опыта и обязательно памятования о Боге, страха Господня; короче: премудрость=опыт ума + вера в Ягвэ. Этой второй составляющей как раз и не хватает "мудрым века сего". Особое место в книге занимает тема отношения к женщине. Прежде всего, автор многократно предостерегает юношу от увлечения чужой женой или блудницей, ибо путь прелюбодеев и блудников превратен и бесславен:

" Не пожелай красоты /негодной женщины/ в сердце твоем,
да не уловлен будешь очами твоими,
и да не увлечет она тебя ресницами своими,
потому что из-за жены блудной обнищевают до куска хлеба...
Может ли кто ходить по горящим угольям,
чтобы не обжечь ног своих?
То же бывает и с тем, кто входит
к жене ближнего своего...
Не спускают вору, если он крадет, когда ... голоден
будучи пойман, заплатит всемеро...
Кто ... прелюбодействует с женщиною, у того нет ума...
Множеством ласковых слов ... увлекла /блудница юношу/...
Тотчас он пошел за ней,
как вол идет на убой, и как пес на цепь ... /6 и 7 гл/".

Прелюбодеяние нечестно, глупо, кощунственно /из-за святости брака/, в нем сомнительное минутное наслаждение сменяется горьким разочарованием и несвободой; гораздо мудрее познать радость и утешение в собственном браке, о чем говорится образно и даже с юмором:

"Пей воду из твоего водоема
и текущую из твоего колодезя.
Пусть не разливаются источники твои по улице,
потоки вод - по площадям;
Пусть они будут принадлежать тебе одному,
а не чужим с тобою.
Источник твой да будет благословен,
и утешайся женою юности твоей,
любезною ланью и прекрасною серною;
груди ее да упоявают тебя во всякое время;
любовью ее услаждайся постоянно.
И для чего тебе, сын мой, увлекаться постороннею
и обнимать груди чужой?
Ибо пред очами Господа пути человека,
и Он измеряет все стези его." /5, 15-21/.

Конечно, жёны бывают разные, и автор неустанно порицает жену сварливую, а добродетельную восхваляет:

"... цена ее выше жемчугов.
Уверено в ней сердце мужа ее,
и он не останется без прибытка.
Она воздает ему добром ...
во все дни жизни своей.
Добывает шерсть и лен,
и с охотою работает своими руками.
Она, как купеческие корабли,
издалека добывает хлеб свой.
Она встает еще ночью
и раздает хлеб в доме своем ...
Задумает она о поле, и приобретает его;
от плодов рук своих насаждает виноградник.
Препоясывает силою чресла свои,
и укрепляет мышцы свои.
... руку свою подает нуждающемуся...
Она делает себе ковры,
виссон и пурпур - одежда ее.
...Уста свои открывает с мудростью ...
и не ест хлеба праздности.
Встают дети - и ублажают ее,
Муж - и хвалит ее:
"Много было жен добродетельных,
но ты превзошла всех их..."
да прославят ее у ворот дела ее!" /31, 10-31/

Как и в Песни песней, автор прибегает здесь к знакомому нам приему, и мы не можем отделаться от ощущения, что за описанием еврейской женщины встает чей-то величественный женский образ, но на этот раз это не "дщерь Сиона", не Израиль. Это Премудрость Божия, которая в середине книги перестает описываться как необходимое человеку качество благочестия, а неожиданно персонифицируется:

"Не премудрость ли взывает?...
Она становится на возвышенных местах,
при дороге, на распутиях;
она взывает у ворот при входе в город:
научитесь, неразумные благоразумию...
У меня совет и правда,
я разум, у меня сила ...
Мною цари царствуют
... и вельможи и все судьи земли.
Любящих меня я люблю,
и ищущие меня найдут меня ...
плоды мои лучше золота ... самого чистого
...Итак, дети, послушайте меня,
и блаженны те, которые хранят пути мои!
... кто нашел меня, тот нашел жизнь" /8, 1-20,32,35/.

Так вот кто давал мудрые советы юноше! Это не отец и не мать, это сама Премудрость говорит, та сила, та энергия Божия, которой Он творит и держит мир:

"Господь имел меня началом пути Своего,
прежде созданий Своих, искони;
от века я помазана,
от начала, прежде бытия земли.
Я родилась, когда еще не существовали бездны,
когда ... Он не сотворил еще ...
начальных пылинок вселенной.
Когда Он уготовлял небеса, я была там ...
когда давал морю устав ...
я была при Нем художницею,
и была радостью всякий день,
веселясь пред лицем Его ...
и радость моя была с сынами человеческими..." /8, 22-31/.

Не потому ли, создав человека, Бог увидел, что "хорошо весьма"? Не потому ли счастлив человек в раю? Он был приобщен к Премудрости Ягвэ, к Божественной Софии. В 9-ой гл. Притчей премудрость приоткрывает о Себе еще одну тайну:

"Премудрость построила себе дом,
вытесала семь столпов его,
заколола жертву, растворила вино свое
и приготовила у себя трапезу;
послала слуг своих провозгласить...:
"идите, ешьте хлеб мой,
и пейте вино, мною растворенное;
и ходите путем разума ..."" /9, 1-6/.

В этом фрагменте, пересекающемся и с евангельской притчей о званых на царский пир, и с формулой евхаристического завета /"приимите, ядите ... пийте от нея вси"/ мы уже имеем дело с явным Откровением о Христе и Его Церкви, стоящей на "семи столпах" - семи таинствах. Премудрость - Хокма - София оказывается не просто свойством Ягвэ, в НЗ-ной перспективе - это вторая Ипостась Троицы. Того, Кто будет назван в Евангелии Сыном и Словом, Того, Кем всё сотворено, автор Притчей пророчески называет Премудростью. (И потому можно сказать, что Иисус - это воплощенная София, Премудрость Ягвэ. На древних иконах мы и встречаем изображения царственного Христа с надписанием Господь Иисус Христос София.)

Идея автора оказывается очень глубокой - через воспитание в себе премудрости, включающей благоговение к Богу, мы становимся детьми и причастниками Премудрости как Божьей энергии и Божьей красоты, а затем в перспективе спасения окажется, что Премудрость эта и есть Сам Бог в другом Своем Лице. Т.е. возрастание в премудрости становится путем соединения с Богом! И тогда даже брак становится образом иного союза - обручения праведника с Премудростью. И понятны тогда несколько преувеличенные рассуждения о неизбежной гибели юноши, увлекшегося блудницей ("дом ее ведет к смерти ... никто из вошедших к ней не возвращается" /2, 18-19/)- речь идет об образе духовного заблуждения, обручения с блудной и непостоянной моралью падшего мира глупых людей, которые вместо истинного причастия "едят хлеб беззакония и пьют вино хищения" /4, 17/.

К книге Притчей тесно примыкают книги Премудрости Соломона и Премудрости Иисуса, сына Сирахова, которые и по форме изложения, и по заложенным идеям сходны с Притчами. Автор Премудрости знает уже и о бессмертии души, и о воздаянии за гробом; провозглашая, что "Бог создал человека для нетления и соделал его образом вечного бытия Своего; но завистью диавола вошла в мир смерть, и испытывают ее принадлежащие к уделу его. А души праведников в руке Божией, и мучение не коснется их." /2, 23-24; 3, 1/, он вносит новый импульс рассуждению о мудрости человеческой и Премудрости Ягвэ. Ревностный законник Иисус сын Сирахов тоже рассуждает о Премудрости, но он отождествляет ее с Законом Моиссевым, т.е. Закон есть для него воплощенная Премудрость.

предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава