+7 (8452) 28 30 32

+7 (8452) 23 04 38

+7 (8452) 23 77 23

info-sar@mail.ru

Информационно-аналитический портал Саратовской и Вольской Епархии
По благословению Митрополита Саратовского и Вольского Лонгина.
Русская Православная Церковь Московского Патриархата
12+
Вытащить гвоздь
Просмотров: 205     Комментариев: 0

На въезде в село Оркино Петровского района — табличка, извещающая о том, что основано это мордовское село в 1712 году. В день нашего приезда в Оркино было необычно многолюдно и шумно — по случаю праздника мордовской культуры под названием «Шумбрат, ялгат!» — «Здравствуйте, друзья!». На праздник собралась мордва со всей области, прибыла делегация из самой Мордовии, приехал губернатор.

Старая мельница, в которой были обретены иконыЯ на праздник попала случайно — позвало меня в Оркино другое событие. Вон, в конце улицы, совсем недалеко от центра торжеств — бывшего колхозного клуба, ныне мордовского национально-культурного центра — старинный, в сороковых годах позапрошлого века выстроенный храм в честь Рождества Христова. А чуть дальше — ветхая мельница, давным-давно уже не действующая, со ржавыми амбарными замками на дверях. О том, что лари для этой мельницы мастерили из икон разоренной Христорождественской церкви, прихожане услышали от кого-то из старожилов. Настоятель храма священник Алексий Заславский благословил посмотреть, не сохранилось ли там, внутри, хотя бы что-то…

Рассказывает прихожанка Светлана Никифорова, оторванная мною от особо важного дела — приготовления обеда на триста персон:

— Мы открыли, наконец, этот замок и вошли в мельницу. Сначала осмотрели верхний этаж, там ничего не оказалось. Потом нас всех вдруг потянуло вниз, под лестницу. Там стояли старые пустые лари. Альбина Алпатова протерла один из них тряпочкой… и мы увидели иконы, из которых эти лари были сколочены. Мне сейчас кажется — они сразу засветились, заиграли светом, хотя день был пасмурный, и внутри мельницы было темно… Лари разбирали больше двух часов, образа теперь сплошь в дырах от гвоздей…

Вызволенные из 87‑летнего плена иконы сейчас в храме, я их там уже видела. Да, их состояние прискорбно. «Положение во гроб» узнаваемо лишь по двум-трем деталям; лик Богоматери на другой иконе стесан топором. Образ святителя Василия Великого распилен вдоль. Лучше других сохранились образ святого князя Владимира и «Царь славы» — хотя гвозди пришлось вытаскивать буквально из ног Спасителя, этот символический момент запечатлела видеосъемка.

 

Лари, сколоченные из икон, разбирали более двух часовИконы вернулись в храм

 

Иерей Алексий Заславский — человек необычной судьбы. Он родился в Подмосковье; в 1973 году окончил Московский энергетический институт и работал инженером — прямо как в сказке говорится — ровно тридцать лет и еще три года. При этом ему всегда было свойственно искать высший смысл жизни. Вместе с супругой Ириной Леонидовной они прошли через увлечение Востоком, Рерихами, Блаватской… А в начале 90‑х стали прихожанами только-только возвращенного Церкви Новоспасского монастыря. И сожгли всю свою эзотерическую библиотеку… Потом, вслед за дочерью и зятем (ныне тоже священником) перебрались из столицы в саратовскую глубинку. Нашу духовную семинарию отец Алексий заканчивал, будучи уже в сане, и — шестидесяти пяти лет от роду. Наверное, самый пожилой выпускник за всю ее историю… И вот — служит Богу и людям уже десять лет. Оркино — одно из трех окормляемых им сел. Ирина Леонидовна — первый помощник мужа во всех делах, начиная с пения и чтения в храме. Общаться с прихожанами, разъяснять им то, что они еще не усвоили — тоже забота матушки, и надо видеть, как тепло и доброжелательно она это делает. Нет сомнения, что все эти люди ей родные.

Помимо «Шумбрата», сегодня еще и Дмитриевская родительская суббота. В храме совершается Божественная литургия, затем панихида. Батюшка говорит о том, как важно помнить о вечной жизни, как нуждаются усопшие в нашей молитвенной помощи; о том, что традиционная поминальная трапеза не должна подменять богослужение — она уместна только после него. После службы прихожане подходят ко вновь обретенным иконам, прикладываются к ним.

Отец Алексий с его техническим образованием немало уже сделал для того, чтобы в поруганном храме стало вновь возможно богослужение. Окна, двери, проводка, отопление, иконостас — все это плоды его трудов. Храму помогает глава местного крестьянского хозяйства Александр Кузнецов (кстати, ансамбль народной мордовской песни «Кучугуры» тоже держится его попечением). Но вернуть былое благолепие, хотя бы только колокольню отстроить — это пока за гранью возможностей настоятеля, прихода и тех жертвователей, которые есть на сей день.

***

 

Освящение креста на кладбищеНо не одно только восстановление храма требует средств. На Троицкую родительскую субботу, когда уроженцы села съезжаются отовсюду на кладбище, батюшка вместе с уроженцем Оркино Александром Сергеевым устроили пункт сбора пожертвований прямо в кладбищенских воротах. Целью акции была установка Поклонного креста — в память обо всех, кто исстари жил и трудился на этой земле, о земляках, ставших жертвами репрессий. Удивительное совпадение: с Александром мы беседовали как раз в день расстрела его прадеда, крестьянина Захара Ивановича Богомолова:

— Я в Оркино — коренной, здесь родились и деды мои, и прадеды. Дед погиб на войне. А вот о прадеде я долгое время ничего не знал. Только тетя рассказывала, что он не расставался с Евангелием, проповедовал, невзирая ни на какие запреты властей. Когда я нашел его имя в списках репрессированных на сайте общества «Мемориал», это было для меня настоящим потрясением. А потом благодаря отцу Кириллу Краснощекову (настоятель храма во имя святых равноапостольных Мефодия и Кирилла при СГУ, создатель православного исторического общества «Возрождение». — М.Б.) я смог прочитать документы его дела. По данным, которые мне удалось найти, далеко не единственный репрессированный у нас в Оркино. Я понял, что должен что-то сделать в память о них. И у меня возникла идея установить крест. Я поехал к отцу Алексию…

Конечно, деньги пришлось собирать не только на кладбище. Трудностей хватило. Но и людей, которые откликнулись, приняли участие — оказалось, по словам Александра, немало. 10 сентября сего года крест на оркинском кладбище был установлен и освящен.

***

 

Прихожане на месте лесного монашеского убежища

Еще одно обретение: в лесу близ села прихожане оркинского храма отыскали место тайного женского монашеского поселения или скита 30‑х годов прошлого века. Вот что рассказал нам Николай Живайкин — совсем молодой еще человек, местный уроженец, работающий в Саратове, но не забывающий родного села, всячески помогающий храму и отцу Алексию:

— Это место я знаю с детства. Мы с отцом оказались как-то раз там, в лесу: мне было тогда двенадцать лет. Там стоял деревянный крест. Отец сказал мне, что это место называется Монашка-латка («латка» на местном диалекте — «ложбина, низина». — М.Б.), что во время гонений здесь прятались какие-то монахини, что они жили в землянках. Крест был новый: это говорит о том, что люди хранили память о монахинях. И вот теперь мы с помощником настоятеля Сергеем Алпатовым решили это место найти. Пока можно было ехать — ехали на машине, потом пробирались пешком, одновременно расчищая дорогу, распиливая старые повалившиеся деревья. Искали долго, больше трех часов. Наконец увидели тот самый крест — уже старый, почерневший, покосившийся, но на нем висели лампада и металлические иконки — тогда, в моем детстве, их на кресте не было. А потом мы пришли на это место большой группой, двадцать пять человек, с батюшкой, с матушкой…

…И установили новый крест, принеся его на плечах — на машине к этому месту никак не подъедешь. Отец Алексий освятил этот крест и совершил литию по неизвестным («… имена их, Ты, Господи, веси…») лесным отшельницам. Те сведения о них, которые имеются на сей день, очень скудны, не подтверждены документами и не позволяют рассказать о поселении подробнее; но основания доверять этой информации есть, неслучайно же Монашка-латка почиталась в народе все эти годы. Полагаю, поиск продолжится, и у нас будет возможность вернуться к этой истории.

***

 

Алпатовы — всей семьейДважды уже упомянутые здесь супруги Алпатовы, Сергей и Альбина (в крещении Алла), переселились в Оркино из Покровска (Энгельса) три года назад. Купили дом, переехали в него с двумя детьми — младшему было два месяца; а сейчас детей у Алпатовых уже трое, зимой ждут четвертого. По словам Альбины, решение сменить город на село было выстрадано, продумано… и это был духовный выбор, конечно — выбор простого и здорового образа жизни, честного и нравственного труда на своей земле. Конечно, не так просто все это далось, всему пришлось учиться — ухаживать за курами, гусями, козами, поросенком… Но то, что о выборе своем супруги не жалеют, — очевидно. Главное — такой храм рядом! Алпатовы стали самыми деятельными помощниками отца Алексия: их трудами существует и воскресная школа, и сайт храма, а сайт, кстати, такой, что его живости и количеству новостей многие иные могли бы позавидовать.

Центр мордовской культуры в Оркино появился по весне текущего года: Алпатовы — по профессии архитекторы — разработали дизайн-проект и показали его посетившему село губернатору. Валерий Радаев оценил их идею, помог, и обычный сельский клуб обрел колоритный облик. К празднику мордовской культуры («Шумбрату») власть отремонтировала ведущую в село дорогу; человеку, знакомому с жизнью нашей глубинки, не нужно объяснять, как много это значит.

В фойе мордовского центра висела «Карта туристической привлекательности Оркино». Возле карты с указками стояли Сергей и Альбина; они рассказывали губернатору и столпившимся вокруг журналистам о храме, о ските, о роднике, о том, что за красотой и самобытностью не обязательно ехать за тридевять земель — пора, наконец, увидеть и оценить родные места. Губернатор рекомендовал искать поддержку у мордовских диаспор. Конечно, центром мирового туризма Оркино не станет, но что-то для тех людей, которые захотят в нем побывать, возможно, будет сделано.

Вот еще храм восстановить помогла бы власть… Какая туристическая привлекательность без достойного вида старинной церкви?

***

Оркино с его церковью, родниками, холмами, лесом уже сейчас привлекает паломников: вот только была большая группа православной молодежи из нескольких храмов, а раньше приезжали дети из воскресной школы Владимирского храма в Саратове — вместе с родителями, конечно. Здесь, в Оркино, всех встречают как родных.

А живут здесь постоянно — всего четыре сотни человек, остальные — наездами, потому что работа или учеба — в Саратове, в Петровске.

Подумать только, больше трех веков стоит село… А будет ли оно живо завтра? Это ведь не только от власти зависит, что бы она ни предпринимала. Это зависит, прежде всего, от самих людей, от их отношения к себе, к собственной жизни, к родной земле и, конечно, к вере. Алпатовы верят в будущее своей — теперь уже можно сказать — родины:

— Наша цель — создание условий для православной общины, — говорит Сергей, — чтобы те семьи, которые, как и мы, захотят сменить городскую квартиру на дом в селе, не боялись ехать к нам в Оркино. Ведь здесь есть уже многое: и действующий храм, и воскресная школа для детей, и свои мученики за веру, которые, конечно, молятся за нас. Будущим летом мы планируем восстановить колодец, которым пользовались монахини в скиту, реконструировать их землянки. И, с Божией помощью, мы непременно восстановим храм.

Трудно, больно вытаскивать гвоздь из святого образа, но многократно труднее, больнее, сложнее — расшатать и вытянуть тот гвоздь, который всадили сто лет назад в самое сердце многоязыкого российского народа. И это большое наше счастье — что в маленьком Оркино есть люди, которые упорно трудятся, стараясь это сделать.

Газета «Православная вера» № 21 (593)

Комментарии:

нет комментариев

ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:

Отправляя данную форму, я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с политикой обработки ПД.