+7 (8452) 23 04 38

+7 (8452) 23 77 23

info-sar@mail.ru

Информационно-аналитический портал Саратовской и Вольской Епархии
По благословению Митрополита Саратовского и Вольского Лонгина.
Русская Православная Церковь Московского Патриархата
Найти
12+
Увидеть невидимых детей
Просмотров: 534     Комментариев: 0

Камилю Фазлинарову семь лет, его сверстники в этом году отправились в школу, а он остался дома — самостоятельно мальчик не может даже подняться с кровати. Таких детей называют невидимыми. Мы не видим их в детском саду, не видим в школе, на детской площадке, в парке, в бассейне, на пляже… Мы очень редко замечаем их на улице или в общественном транспорте. Но наш долг — увидеть этих особенных детей и не отвернуться. Ведь сегодня они нуждаются буквально во всем — от современных стационаров до простого человеческого общения.

Истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне (Мф. 25, 40). Мы расскажем вам о том, как на приходах Саратовской епархии помогают детям-инвалидам.

Нам дан этот ребенок

Камиль лежит в своей кроватке. На столике рядом небольшая иконка его небесного покровителя — святителя Николая Чудотворца, семейные фотографии. В руках мальчика — его любимая игрушка «Зайка-сказочник». Нажмешь на одну кнопку — Зайка расскажет сказку, на другую — споет песенку или развеселит потешкой. Эту игрушку Камилю, как и другим детям с ограниченными возможностями, подарили на Пасху волонтеры Введенского храма Саратова.

— Мы без Зайки теперь никуда, — улыбается его мама Людмила. — И дома с ним не расстается, и в больницу берет. Слушает внимательно, улыбается. Волонтеры часто привозят нам памперсы, средства гигиены. Для нас это очень большая помощь, у нас ведь много денег уходит на анализы, которые не делают в государственных учреждениях, лекарства, которые мы не можем ждать по три месяца в поликлинике.

О том, что произошло с ее сыном, Людмила говорит спокойно. Слезы на ее глазах появляются, только когда она вновь переживает самые тяжелые, опустошающие душу минуты. Людмила в подробностях помнит каждый день, проведенный в больнице, каждый поставленный диагноз, каждое назначение врачей. И только взгляд на Камиля, на его добрую улыбку приводит ее в равновесие, возвращает к жизни.

— Беременность протекала хорошо, — начинает рассказ Людмила. — Когда подходил срок рожать, мне сделали экстренное кесарево сечение — плод был обвит пуповиной, двустороннее кровоизлияние. Только через полгода, когда сделали компьютерную томографию, мы узнали еще и о родовой травме — смещении шейных позвонков. А когда нас выписывали из роддома, нам сказали, что у нас все хорошо. Дома малыш постоянно плакал. Плановый анализ крови показал сильнейшую билирубиновую интоксикацию, нас увезли в больницу.

Ребенку стали лечить печень, поставили на искусственное вскармливание. Он продолжал плакать — неврологи советовали набрать вес. Людмила обратилась в Министерство здравоохранения, боялась, что уйдет нужное для лечения время. В шесть месяцев у Камиля резко пропало зрение — перестал реагировать на свет. Офтальмолог обнаружил врожденную катаракту. В семь месяцев начались ежедневные приступы — ребенок сначала закатывал глаза, потом стал поднимать плечи.

— Все эти месяцы малыш не спал, кричал днем и ночью, его мучило давление, но нам говорили, что он просто перевозбужден. Через знакомых нашли врача в Энгельсе, он даже в анализах разбираться не стал, только посмотрел на ребенка и сказал, что у него тяжелая форма эпилепсии. Нам разрешили лечь в эту больницу — поставили капельницу, поменяли дозировку лекарств, и ребенок первый раз за все время начал спать по ночам.

Камилю дали инвалидность. Помимо ДЦП и эпилепсии, у мальчика задержка психоречевого развития, психомоторики. Пять лет назад ему удалили хрусталики, весной этого года поставили искусственные. Камиль стал видеть вблизи, мама надеется, что, если все будет хорошо, ему пропишут очки.

Сейчас мальчик продолжает принимать противосудорожные лекарства. Раз в год к нему приходят специалисты из Областного реабилитационного центра — логопед, социальный педагог и психолог. Каждый специалист проводит по пять занятий, этого, конечно, недостаточно.

— Мы оформились в спортивную школу для инвалидов, там есть бассейн, тренажеры. Два раза в неделю машина приезжает в наш Ленинский район, чтобы отвезти детей на занятия. Те, у кого есть машина, могут посещать школу каждый день, но у нас своей машины нет, а такси слишком дорогое.

Когда Камилю было семь месяцев, Людмила решила крестить сына.

— Мой муж Марсель наполовину русский, крестился в 14 лет, я чистокровная казашка, была мусульманкой. Свекровь предлагала нам крестить детей, но мы с мужем решили: они сами выберут для себя веру, когда подрастут. А когда в наш дом пришла беда… Мы с сыном лежали в больнице, муж тогда был на работе в другом городе. Я позвонила ему, вся в слезах, и спросила: «Можно, я крещу ребенка?». Он не ожидал от меня этих слов, сказал, как считаешь нужным, так и делай. Мы пригласили отца Сергия Родникова из Георгиевского храма, Камиля крестили с именем Николай, в честь святителя Николая Чудотворца. После этого наша Карина, ей тогда было восемь лет, тоже захотела принять Крещение. Муж сомневался: «Ей все-таки надо подрасти». Я говорю: «Зачем детей делить?». Крестили. А как же я сама?.. Я ведь везде с ними — и в храм на Причастие, и по святым местам. Сказала Марселю, что тоже хочу принять Православие. Он удивился: «Ну ладно я, у меня мама русская, а ты как же?». А у меня душа просит. Пошла в Георгиевский храм на огласительные беседы, их проводил священник Вячеслав Краснов. Крестилась в Свято-Троицком соборе накануне Рождества Христова. Перед этим позвонила своим близким родственникам — не разрешения спрашивала, нет, просто рассказала о своем решении. Они меня поддержали: «Для нас ты как была сестрой, племянницей, так и останешься».

Сначала Фазлинаровы ходили в Георгиевский храм, сейчас — во Введенский, поближе. Добраться до храма и обратно им помогают волонтеры храма.

— Участие в богослужениях, в таинствах мне очень помогает. Я нашла душевное спокойствие, стала мудрее, эмоционально сдержаннее, начала больше работать над собой. Заметила, например, что когда я спокойна, то и малыш тоже, я нервничаю, злюсь — это сразу передается ему.

Людмила признается, что диагноз сына стал испытанием для всей семьи, но они выдержали его достойно.

— Поддержали все, никто не попрекнул, не показал пальцем. Я смирилась быстро: как только удалось врачам приступы у сына купировать, так и прекратились мои слезы. Мужу было тяжелее, он так ждал сына. Но жизнь продолжается, нам дан этот ребенок, и мы его безумно любим. С сестрой Камиль — не разлей вода. У Карины отдельная комната, сын с нами. Перед сном мы с мужем целуем его, а он тихонько так: «Ка» или «Ня» — ее зовет. Карина придет, поцелует его, пожелает спокойной ночи. Камиль каждого члена семьи воспринимает по-своему, знает, например, что кормить его будет мама, купать — папа, а если услышит, что бабушка пришла, сразу пытается начать петь — она часто с ним поет народные песни. Мы научились понимать его по мимике и жестам.

Сейчас для детей-инвалидов разработано множество технических средств, которые позволяют больному ребенку, например, сидеть без чьей-либо помощи, тренировать мышцы. Приобрести хотя бы одно такое приспособление под силу далеко не каждой семье, специальная коляска стоит 200–300 тысяч.

— Это неподъемные деньги для нашей семьи. Еще до рождения сына мы взяли квартиру в ипотеку, потом еще несколько кредитов на различные операции. То, что выделяет государство, нам не подошло.

Фазлинаровы обратились за помощью в храм. В декабре прошлого года, как раз накануне именин Камиля, получили ответ — нашелся благотворитель, который готов оплатить покупку.

— Я так растерялась сначала, расплакалась, — говорит Людмила. — В тот же день оформила заказ. Коляска чудесная! Ребенок в ней хорошо зафиксирован, ни ручки, ни головка никуда не падают. Он может разложить на столике, который крепится к коляске, разные игрушки и развивающие пособия, поиграть на синтезаторе, да и просто посидеть, посмотреть вокруг.

Летом этого года благодаря помощи храма Фазлинаровы приобрели вертикализатор — вспомогательное устройство, которое позволяет инвалидам принимать вертикальное положение с целью профилактики негативных последствий длительного пребывания в сидячем и лежачем положении.

Долгое время Людмиле казалось, что таких семей больше нет, что они одни на целом свете. Но семей, воспитывающих детей-инвалидов, оказалось немало. Приходские волонтеры помогают им связываться, объединяться.

 

Любить — значит сострадать

Семья Фазлинаровых — не единственная, кому помог и продолжает помогать приход саратовского храма в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы. Настоятель храма священник Вячеслав Краснов по первому образованию врач, хирург. Несколько лет назад он стал окормлять городскую детскую больницу № 7, при которой действует выездная патронажная служба паллиативной медицинской помощи. Все дети, которые нуждаются в такой помощи, закреплены за этой больницей: врачи их курируют, регулярно осматривают, выписывают назначения. В основном это дети с тяжелыми врожденными или приобретенными болезнями — ДЦП, эпилепсия, слабоумие, различные генетические заболевания. Есть пациенты, постоянно подключенные к искусственной вентиляции легких, есть такие, которых кормят через зонд. Паллиативная помощь не заключается в лечении болезни, ее цель — борьба с тяжелыми симптомами, обезболивание, улучшение качества жизни, сюда также входит психологическая и социальная поддержка.

— Я общаюсь с врачами, мы обсуждаем вопросы, которые поликлиника и родители не в силах решить самостоятельно, — объясняет отец Вячеслав. — Это покупка дорогостоящих препаратов, специального питания, современного реабилитационного оборудования. Медицинское образование мне помогает: с врачами мы говорим на одном понятийном языке, я могу все проанализировать, оценить степень тяжести ситуации, подсказать потом что-то своим помощникам.

На странице прихода Введенского храма в социальной сети «ВКонтакте» регулярно появляются объявления о сборе благотворительной помощи — люди могут сделать денежное пожертвование или приобрести детское питание и средства гигиены самостоятельно.

— Наш маленький приход в сто человек обычно собирает две трети от общей суммы, для нас это очень много, а на самом-то деле, если знать, сколько всего нужно, крохи. Эти дети живут по всему городу, и, конечно, это должно стать общегородской проблемой, а не одного небольшого храма в Ленинском районе. Нас поддерживает епархиальное Общество милосердия, Свято-Троицкий кафедральный собор, другие храмы Саратова. Я не теряю надежды, что найдутся еще неравнодушные люди, готовые внести свою лепту в благое дело.

У прихожанки храма Оксаны Даниловой, которая помогает батюшке в этой нелегкой работе, все подопечные семьи «на карандаше» — а их ни много ни мало около тридцати. Она с ходу может рассказать, кто в чем нуждается, у кого какой диагноз, кто сейчас находится на реабилитации, а кто готовится к операции. Заслужить такое доверие родителей было, конечно, непросто.

— Эти семьи живут закрыто, не каждый готов в свой сложившийся мир пускать кого-то еще, — рассказывает отец Вячеслав. — Это их право, и мы не должны его нарушать, мы можем только предложить свою помощь. С одним мальчиком, у которого была мышечная дистрофия Дюшенна (редкое генетическое заболевание, основные проявления — слабость мышц, затруднение движений, которое начинается с детского возраста и прогрессирует с течением времени. — Авт.), мы общались, я его исповедовал, причащал. Он умер в тринадцать лет. Как ни тяжело об этом говорить, но большинство этих детей медленно умирает. Родители это понимают, и мы здесь можем только быть рядом, чтобы они знали, что их не оставили один на один с этой бедой.

Отдельная забота — помощь семьям, у которых нет собственного автомобиля. Отвезти ребенка на анализы, привезти и забрать с курса реабилитации, и еще много ситуаций, где нужна машина, — об общественном транспорте здесь и речи не может идти, а такси не всем по карману, да и специальных машин для инвалидов в городе не так много. Конечно, волонтеры-автовладельцы не всегда могут в любое время приехать на выручку, но стараются быть на связи.

Среди волонтеров есть и студенты медицинского университета. Отец Вячеслав периодически проводит встречи со студенческим сообществом этого вуза.

— Мы обсуждаем вопросы биоэтики, в том числе говорим об эвтаназии, которая разрешена в некоторых странах. И можно услышать суждение, идущее явно не от сердца: «Ну, зачем больному ребенку мучиться? И его родителям? Ведь есть способ избавить всех от этого». Попробуйте сказать эти слова матерям. Я бы потом боялся даже в глаза им смотреть. В христианском понимании любовь — это сострадание, родители сострадают своему чаду. Да, им плохо, тяжело, кто-то уже смирился, кто-то долго не может этого принять, но все они любят своих детей.

Если вы хотите включиться в работу прихожан Введенского храма и помочь — вот координаты: ул. Авиационная б/н (2‑й Вольский проезд), пересечение с ул. Гомельской. Телефоны: 8–917–201–50–99 (священник Вячеслав Краснов), 8–937–243–64–17 (координатор Оксана).

 Мы вместе, и Бог с нами

Даше Свитневой двенадцать лет, и у нее инвалидность — ДЦП. Сейчас она на домашнем обучении, учитель приходит к ней два раза в неделю. На книжной полке много детских книг, учебных пособий, грамот.

— Даша не может говорить, практически не двигается, — рассказывает ее мама Екатерина, — но интеллект у нее сохранен: она знает таблицу умножения, умеет читать, знает части речи, падежи. Если ей задаешь вопрос, она по буквам выкладывает слово — у нас есть специальные пазлы и сенсорная клавиатура. Она очень любит, когда я читаю ей вслух, особенно рассказ Николая Носова «Дружок» — несколько раз подряд можем читать, пока ей не надоест.

Из кухни раздается запах свежей выпечки — Даша ее любит, и мама старается баловать дочку каждый день. Только мука для этого нужна безглютеновая: Даша должна соблюдать специальную диету.

— Деньги в основном уходят на питание: диетические продукты дорогие. С Введенским храмом мы познакомились через патронажную службу. Благодаря помощи прихода приобрели Даше корсет. Потом мы ездили на Литургию для детей с ограниченными возможностями, Даше очень понравилось, теперь мы почаще стараемся ездить или туда, или в храм, который ближе к дому. Дочке нравится рассматривать иконы, ставить свечки.

На первую Литургию для детей, нуждающихся в паллиативной помощи, и их родителей собралось около шестидесяти человек, в транспортировке многим помогли волонтеры. Сотрудники храма волновались, как все пройдет, впервые ведь такое. Но волнения оказались напрасными: дети вели себя спокойно, те, кто мог, крестились, повторяя за родителями.

— Во время Евхаристического канона, когда священник в алтаре преклоняет колени по освящении Святых Даров, одна маленькая девочка вдруг попросила снять ее с коляски, села на колени, потом прилегла на пол, поглаживая ручкой теплые кафельные плитки, — вспоминает прихожанка храма Ольга Воскресенская.

Четырнадцать детей причастились Святых Христовых Таин — к Чаше их подносили на руках. Родители потом делились своими впечатлениями: «Я рада, что согласилась приехать так далеко с двумя детьми. Когда видишь, что ты не одна, это очень поддерживает и укрепляет», «Сегодня я почувствовал особенное: когда ощущаешь себя вместе с другими, трудности кажутся меньше».

— Дать возможность детям и родителям принять участие в богослужении, причаститься — это самое важное, что мы можем для них сделать, — рассуждает отец Вячеслав. — Они видят друг друга, видят нас, мы объединяемся в молитве, во Христе.

Во Введенском храме уже совершены три такие Литургии, и, наверное, они будут еще.

 «Мы просто ходим в гости к своим друзьям»

Так как семьи с детьми-инвалидами практически не имеют возможности куда-то выбраться, отец Вячеслав обратился за помощью к протоиерею Алексию Абрамову — настоятелю саратовского храма во имя святой равноапостольной Марии Магдалины, при котором действует детский центр «Колосок». Педагоги центра стали составлять специальную программу праздников, включая в репертуар такие номера, которые будут интересны и понятны особенным деткам.

Такие праздники обычно проходят несколько раз в год — на Рождество и Пасху; в День семьи, любви и верности всех приглашают на большой семейный праздник в городской парк. И конечно, к этим датам проводятся благотворительные акции, чтобы порадовать ребят игрушками, наборами для творчества и другими подарками.

На рождественские и пасхальные праздники в «Колосок» приехать могут далеко не все семьи — у многих детей бывают эпилептические припадки, кто-то не может даже сидеть или подключен к специальной аппаратуре. Но получить радость праздника хочется всем, поэтому прихожане храма сами отправились в гости к семьям, воспитывающим особенных детей.

— Не столько мы нужны больным детям и их родителям, сколько они нужны обществу, — рассуждает прихожанка храма Людмила Архипова. — Ведь все шаблоны, все рамки выставляют взрослые. С моей дочкой-восьмиклассницей с первого класса учатся два ребенка-инвалида с ДЦП. Они замечательно общаются, никто их не обижает, не показывает пальцем. И дети с малых лет это понимают, и их сверстник, передвигающийся в инвалидной коляске, для них прежде всего такой же человек, как они.

Добровольцы обычно ходят по двое, многие берут на себя по несколько адресов. Все они понимают — нужно не один раз, «для галочки» прийти, а попытаться наладить общение, помочь чем-то в меру своих сил и возможностей. Ведь зачастую семьи с детьми-инвалидами неполные — все ложится на плечи матери, хорошо, если есть еще бабушка и дедушка. Работать мамы не могут, тяжелобольного ребенка нельзя оставлять одного, приходится фактически выживать на пособие. Сходить в магазин или аптеку, выйти с ребенком на улицу на полчаса — уже большая помощь.

— Поначалу родители ведут себя настороженно, — продолжает Людмила, — они ведь живут в постоянном страхе за ребенка, для которого даже обычный насморк опасен. Потом раскрываются, начинают доверять. Самое тяжелое в нашем общении, когда звонишь, спрашиваешь, можно ли приехать, а тебе отвечают, что ребенок умирает. В прошлом году умерло семь наших подопечных.

Волонтеры с горечью отмечают, что некоторые семьи живут в неблагоприятных жилищных условиях — комнатки в коммунальных квартирах, частный сектор в отдаленных районах города. Одна семья с двумя детьми-инвалидами — один ребенок лежачий, другой в коляске — получила квартиру… на четырнадцатом этаже.

— Когда приходишь к незнакомой семье в первый раз, не сразу находишь, что сказать, — говорит Елена Маслова, дети которой посещают центр «Колосок». — Но когда завязывается беседа, уже и не замечаешь, что ты в гостях у «особенной» семьи, просто общаешься и видишь, что людям это важно и они тебе действительно рады. Для нас, волонтеров, эти встречи непростые, но нужные. Мы, родители обычных, здоровых детей, плачем, когда у ребенка что-то не получается, ропщем, когда он плохую оценку получил, а там родители радуются, когда их сын или дочь в шестнадцать лет научились складывать буквы в слоги! Мы пришли их просто поздравить, а перед нами — настоящие герои. И нам необходимо прийти и увидеть этих людей.

— Это ведь эмоционально тяжело, все ли волонтеры выдерживают?

— Да, некоторые добровольцы настолько болезненно пережили эти встречи, что потом отказались ходить.

Некоторые из женщин-волонтеров ездят с мужьями, и практически все берут с собой своих детей. Предварительно, конечно, спрашивают у семей, можно ли, не будет ли гость-ровесник эмоциональной нагрузкой для их ребенка? Но никто не отказал — детей встречают с большой радостью. Спрашиваю у Елены, почему она решила взять с собой дочек, не боялась ли?

— Как-то я пришла в одну семью: мама, бабушка и семилетняя девочка, — вспоминает она. — Девочка сильно плакала. Бабушка мне объяснила, что у нее страх перед взрослыми людьми: раз кто-то пришел, значит, ее сейчас опять заберут в больницу, а там ей будет больно. Слово «поздравить» не сыграло никакой роли, девочка продолжала плакать. В следующий раз я пришла со своими детьми — они сразу стали свободно с этой девочкой общаться. Она расслабилась, поняла, что пришли не только «тети», но и девочки, которые вряд ли сделают ей что-то больное. Нас, взрослых, она все равно боялась, когда к ней прикасались, отдергивала руки. Но, когда мы уходили, я спросила у нее осторожно, можно ли мы еще придем в гости? Она кивнула головой.

Своих детей к этой встрече Елена не подготавливала, ничего не объясняла, просто предложила пойти в гости.

— Для них ребенок-инвалид — такой же ребенок, просто немного другой, — объясняет она свою позицию. — Девочка сидит в коляске, ну и что, она же с нами разговаривает. Потом я им, конечно, сказала, что детки, которых мы иногда навещаем, не могут ходить. «Они когда-нибудь пойдут?» — «Ну, вы же знаете, что Господь творит чудеса?» — «Знаем». — «А как Господь может сотворить чудо?» — «Надо его попросить». — «Просите. Помните, что попросила девочка на последний лепесток в сказке “Цветик-семицветик”?» — «Чтобы мальчик был здоров. А мы еще пойдем к ним в гости?» — «Обязательно пойдем». Мы не делаем ничего особенного, мы просто ходим в гости к своим друзьям.

Иногда между волонтерами и семьями действительно завязывается дружба, и тогда они встречаются не только по праздникам, а чаще, созваниваются, интересуются делами друг друга. Рассказывая о Пасхе или Рождестве, волонтеры готовы ответить на вопросы о вере и таинствах, предлагают исповедаться и причаститься. К тем, кто соглашается, приезжает священник.

— Многие дети больше, чем родители, готовы узнавать о Боге, — делится своими наблюдениями Елена. — В прошлом году на Пасху мальчик, который никогда не был в церкви, вдруг стал нам подпевать тропарь Пасхи. Мы удивленно смотрим на родителей, они — на нас. Про другую девочку родители рассказали, что, когда ей предстояла тяжелая операция, она попросила маму и папу обвенчаться. Откуда это в ней, если в семье речи никогда не было о Боге, о Церкви? Но иногда в таких семьях действительно происходят чудеса.

 

«Колокольчик»

В этом году приход Введенского храма присоединился еще к одному замечательному начинанию — клубу выходного дня «Остров доброты» для детей с синдромом Дауна в саратовской библиотеке № 10. Идея создать такой клуб принадлежит заведующей библиотекой Светлане Дементьевой.

— Я сама воспитываю ребенка с синдромом Дауна, и когда он подрос, подумала, что библиотека вполне может заниматься социализацией таких детей, — рассказывает Светлана Николаевна. — Я разработала специальную программу, и мы стали раз в месяц проводить различные праздники, например литературные, экологические, занимались с детьми музыкой, читали, проводили мастер-классы.

«Остров доброты» успешно работал три года, Светлана Николаевна стала приглашать на встречи клуба священника Вячеслава Краснова, благо Введенский храм расположен как раз неподалеку. Клубом заинтересовалась прихожанка храма Ольга Воскресенская, у которой был опыт работы с особенными детьми. Возникла идея создать театральную студию «Колокольчик». Ольга взяла на себя режиссуру, начала проводить занятия по театральному мастерству. Первый спектакль «В гости к солнышку» юные актеры подготовили к Пасхе, и они даже гастролировали с ним по городу. Потом стали готовиться к городскому литературному конкурсу по творчеству Пушкина и даже заняли на нем первое место!

Парк «Липки» в тот день был полон — конкурсанты, их родители, просто жители города, которые шли по своим делам и не могли не остановиться хотя бы на несколько минут — посмотреть, что же такое интересное здесь происходит. И для здоровых детей выступать перед таким количеством зрителей непросто, а для актеров «Колокольчика» тем более. Но все они справились на отлично — не зря готовились.

— Здорово, что есть волонтеры и энтузиасты, которые готовы помочь нам в воспитании наших детей, — продолжает Светлана Николаевна. — Мы стали собираться чаще, дети приходят на репетиции, общаются. Родители этим тоже загорелись, передают друг по другу. Нам стали поступать звонки: «А ребенка с ДЦП можно привести?». Конечно, можно, мы не ставим никаких ограничений.

Театральная студия получилась инклюзивной — в ней с удовольствием занимаются братья и сестры особенных детей.

— У меня два сына, у старшего, Даниила, инвалидность, — рассказывает Елена Харькина. — Даня очень артистичный мальчик, и мы давно мечтали о том, чтобы он смог раскрыть свой талант. В студию он теперь ходит вместе с младшим братом Виктором. Витя занимается в городском театральном коллективе и помогает здесь. Дома они репетируют, по несколько раз проигрывают сцены. Даня живет этим и потом еще долго вспоминает дни выступлений.

* * *

Что еще делается в Саратовской епархии для семей, воспитывающих детей-инвалидов?

Попечение о детях-инвалидах взял на себя благотворительный фонд «Александр Невский», созданный в 2005 году. Его учредитель — Управляющая компания «Тесар» (генеральный директор компании «Тесар», депутат Саратовской городской думы Юрий Владимирович Ерофеев). Семь лет назад фонд открыл православный центр «Радость моя» для комплексной поддержки семей, воспитывающих детей с ограниченными возможностями здоровья. Там стали оказывать такого рода семьям духовную, психолого-педагогическую, социально-правовую и социокультурную поддержку. Контакты фонда: ул. Шелковичная, 186; тел.: (8452) 674–619; e-mail: anevsky@list.ru

Молодежное сообщество «Ковчег», действующее при Свято-Троицком кафедральном соборе Саратова, вместе с инициативной группой прихожан Введенского храма запускают фотопроект «Невидимые дети». Цель проекта — привлечь внимание общества к детям, страдающим неизлечимыми заболеваниями, поддержать их семьи. Стенды проекта будут размещены в общественных местах и медиапространстве. Тел.: 8 (927) 132–95–03 (координатор Алексей).

Приход саратовского храма во имя Всех святых, в земле Русской просиявших, взял на себя заботу о подопечных Областного реабилитационного центра для детей и подростков с ограниченными возможностями здоровья. В центре регулярно проводятся творческие занятия и праздники, прихожане храма участвуют в сборах благотворительной помощи. Ребят окормляет настоятель храма в честь иконы Пресвятой Богородицы «Нечаянная Радость» священник Владимир Жилкин.

Волонтеры общества «Хорошие люди», действующего при Петропавловском храме города Саратова, навещают пациентов детского отделения онкогематологии Клиники гематологии и профпатологии СГМУ. Они рассказывают ребятам о церковных праздниках, проводят творческие мастер-классы. Вместе с волонтерами приходит клирик храма священник Василий Куценко, он совершает молебны и причащает детей Святых Христовых Таин.

Настоятель Борисоглебского храма Саратова священник Александр Кузьмин на протяжении последних трех лет регулярно посещает онкологическое отделение Саратовской областной детской клинической больницы, причащает проходящих лечение детей, совершает Таинство Крещения, беседует с родителями. Прихожане храма собирают средства на фрукты, которые необходимы детям для восстановления здоровья: гранаты и виноград.

Сестры милосердия и волонтеры епархиального отдела по благотворительности и социальному служению ухаживают в больницах за детьми-инвалидами, которые остались без попечения родителей и проживают в интернатах. Отдел по благотворительности и социальному служению: (8452) 23–10–05; grani064@yandex.ru.

ВИДЕО

 

Журнал "Православие и современность", № 45 (61)

Комментарии:

нет комментариев

ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:

Отправляя данную форму, я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с политикой обработки ПД.
Материалы по теме

О необычном спектакле, прошедшем 4 июня в парке «Липки», и необычном приходском театре рассказывает наш постоянный автор Ольга Воскресенская.

Просмотров: 865
Комментариев: 0