+7 (8452) 28 30 32

+7 (8452) 23 04 38

+7 (8452) 23 77 23

info-sar@mail.ru

Информационно-аналитический портал Саратовской и Вольской Епархии
По благословению Митрополита Саратовского и Вольского Лонгина.
Русская Православная Церковь Московского Патриархата
12+
Когда не на что надеяться…
Просмотров: 323     Комментариев: 0

Война на Ближнем Востоке, «бойни» в США, теракты в мировых столицах… Кажется, нас уже не пугают экстренные включения в эфире информационных телеканалов — мы лишь деловито выясняем, где на этот раз и сколько жертв. Вникаем в подробности, версии — как будто в них можно отыскать чудодейственный рецепт, как со всем этим жить дальше. Но рецепта нет — есть только понимание того, что привычный мир рушится. А еще есть множество телепрограмм — об исчезнувших цивилизациях, о «планете Нибиру», о «пророчествах» Ванги… К слову, как-то мало стали показывать в последние пару лет голливудских фильмов-катастроф… Может быть, потому, что «апокалиптический» градус уже предельно накален в самой реальности?

О том, «сколько нам осталось» как человечеству и какие духовные ошибки порождают в нас панический страх обрушения всего и вся, размышляет игумен Нектарий (Морозов).

Конец света?

 

В наше время о конце света действительно говорится очень много, причем и в среде верующих людей, и в среде людей совершенно нецерковных. И всё это — в разных интерпретациях и в обрамлении всевозможных страхов.

При этом совершенно очевидно, что существует некая периодичность, с которой разговоры о конце света на земном шаре возникают и потом постепенно затухают. Причина этого — прежде всего нестабильность мира, в котором мы живем. Он, по большому счету, всегда нестабилен, но бывают временные промежутки, особенно внушающие опасения. В настоящее время мы тоже видим много такого, что вызывает у кого-то уныние, у кого-то отчаяние, у кого-то — возмущение и гнев. И возникает чувство, что ровным счетом не на что в окружающем мире надеяться, что человек — песчинка, его жизнь и смерть никого не волнуют, о нем никто не заботится — можно сказать, что сейчас это в той или иной степени общее ощущение, и оно обострено. И на этой почве — что тоже, в общем, типично — возбуждается интерес ко всевозможной мистике — от вольных толкований Апокалипсиса до исследований календаря индейцев майя, апеллируя к которому нам предрекали конец света в 2012 году.

Как относиться к подобного рода разговорам, слухам, «изысканиям» верующему человеку? С одной стороны, мы, в отличие от всего остального мира, совершенно твердо должны быть уверены в том, что рано или поздно всё предсказанное в Откровении апостола и евангелиста Иоанна Богослова обязательно сбудется. Более того, мы имеем четкое представление о том, что будет предшествовать кончине мира и как именно она будет происходить, потому что об этом в Откровении рассказывается. А с другой стороны, мы, опять же в отличие от всех остальных, имеем основание этих грядущих событий не бояться, ибо сказано в Евангелии: Когда же начнет это сбываться, тогда восклонитесь и поднимите головы ваши, потому что приближается избавление ваше <…> знайте, что близко Царствие Божие (Лк. 21, 28, 31). Это слова Самого Христа, и они обращены именно к нам, а не к кому-то другому. Однако вместо этого мы видим, что именно в нашей среде — среде православных хрис­тиан — зарождаются порой самые нелепые панические слухи, возникает какая-то сумятица, которая никак не согласуется с тем, с какой ясностью, твердостью и молитвенной трезвостью мы должны были бы к конечности бытия этого мира относиться.

Выбираем то, чем живем

 

Какие духовные ошибки, помышляя о конце времен, совершают верующие люди? Прежде всего это то, что можно было бы назвать верой в пророчества непророческого характера. Всё, что нужно было предсказать человечеству о кончине мира, предсказано в Священном Писании — никаких иных пророчеств и «дополнительных» откровений не будет. Поэтому как только кто-либо начинает говорить, будто бы знает что-то еще, мы можем сразу себе сказать, что это неправда.

Еще одним распространенным заблуждением является убеждение, будто мир движется — или, по крайней мере, должен двигаться — по пути духовного расцвета. На самом деле мы не приближаемся, а удаляемся от того, что было духовным средоточием истории мира — мы очень мало вмещаем благодати, и в наши дни мы уже не видим той величайшей святости, которая была присуща ранней Церкви. Это оскудение, измельчание — закономерный процесс, который будет продолжаться и всё более усугубляться до конца времен. И в последние времена будут угодники Божии, как говорили святые отцы, но они будут среди других людей практически незаметны, ибо делание их «растворено смирением».

И еще одно заблуждение (а точнее, страх, с которым порой приходится сталкиваться) — это опасения верующих людей каким-то образом принять печать антихриста до того, как антихрист появится. Принять не в качестве выбора, а как-то ненароком, по недомыслию. В последние годы появилось даже лжеучение о «предпечати»: якобы человек, ничего толком не понимая, может принять ее, а потом придет антихрист и по умолчанию «проштампует» всех этих людей как «своих». Всё это нездоровые фантазии — никаких вероучительных оснований для них, безусловно, нет. Как и для утверждения о том, что человек может «не заметить» пришествия антихриста. Нет, всё, о чем говорится в Апокалипсисе, будет явлено людям совершенно очевидно. И каждый из нас, если так случится, что при нашей жизни настанет это время, будет делать выбор хотя и в критической для себя ситуации, но тем не менее осознанно и свободно.

И очень важно, что этот выбор, без сомнения, будет обусловлен и подготовлен всей нашей преды­дущей жизнью — тем, какой выбор мы делаем ежедневно, ежечасно, порой даже ежеминутно. По сути, всё множество альтернатив сводится к двум: слушаем мы собственную совесть или же ею пренебрегаем.

Всемирный заговор?

 

С темой конца света бывает тесно связана тема тайных обществ — масонских или каких-либо других. Кто-то в это верит и объясняет для себя с этой точки зрения все общественные и нравственные процессы, кто-то это осмеивает и считает ерундой. И опять-таки перед верующим человеком встает вопрос разумного к этому отношения.

Прежде всего не нужно иллюзий: в мире, в котором мы живем, происходит непрекращающаяся борьба за власть, и только вместе с этим миром она закончится. И трудно предположить, что нет в нем тех людей, которые ведут борьбу, в том числе, за тайное мировое господство. Но конец мира, о котором мы говорим, не может быть подготовлен какой-либо политической силой, даже если это мировое правительство, да и не хотят эти силы никакого конца мира — они хотят земного царства. А приближает или отдаляет конец времен то, что происходит в нашем собственном сердце. Ибо Господь остановит бытие мира тогда, когда будет утрачен смысл этого бытия: когда на земле больше не будут рождаться люди, желающие и способные быть со Христом. И в этом смысле то недолгое страшное время, которое будет царствовать на земле антихрист, станет последней милостью Бога к падшему человечеству, ибо перед лицом абсолютного зла какая-то часть людей — может быть, ничтожная, все-таки поймет, Кто есть Господь, и в последний момент метнется к Нему.

Не поддаваться усталости

 

Что же касается антихриста, нужно, без сомнения, иметь в виду, что он возникнет не из ниоткуда — он возникнет из хаоса. Это очень эффективная и вполне понятная современному человеку технология: погрузить какую-либо территорию в состояние хаоса — разобщенности, ужаса, отчаяния, высочайшей смертности, и когда у людей уже не останется ни сил за что-то бороться, ни надежд что-либо изменить, вывести на авансцену одну силу, одну личность, которая всё под собой объединит, беспорядок прекратит и получит благодаря этому всю полноту власти. Но вот только антихрист при этом потребует еще и отречения от Христа.

Очень большую роль в том, что антихрист будет человечеством воспринят, сыграет моральная усталость людей, желание переложить ответственность за свой выбор, за свою жизнь на чьи-то плечи, размытость критериев его оценки как личности и как правителя. И мы без каких-то тайнозрений можем видеть, что предпосылки ко всему этому в окружающем нас мире присутствуют. Разрушаются национальные традиции, разрушаются семейные традиции, разрушаются культурные традиции, а пространство без традиций похоже на голый лед, на котором человеку очень легко поскользнуться, очень трудно устоять и практически невозможно куда-то двигаться.

Как не поддаться этой внутренней усталости даже тогда, когда она становится, как это принято говорить, мировым трендом? Ответ может показаться простым: человек тем менее подвержен впадению в равнодушное состояние, чем более четко он старается в своей жизни различать добро и зло. Тяжелее всего оказывается не столкнуться со злом как таковым — тяжелее всего человеку приходится тогда, когда он словно блуждает по дебрям, не разбирая, в какой стороне тьма, а в какой — свет, и в окружающем мире, и в его собственном бытии. Поэтому опять-таки это различение должно для нас становиться навыком — ежедневным, ежечасным, ежеминутным.

Когда разрушается торжество суеты...

 

Можно ли воспринимать окружающую действительность, этот разрушающийся, кажется, в самых своих основах мир, без панического страха? Да — и непременно нужно. Мне как священнику доводится совершать отпевание — и нельзя бывает не заметить в толпе собравшихся не столько скорбные, сколько испуганные и подавленные лица людей, словно не ожидавших, что земное бытие кого-то из их близких может рано или поздно закончиться. Зачастую они не вникают в то, что в этот момент поется, — а поются в это время (если отпевание совершается полным чином) потрясающие по своей глубине слова: «Днесь разрушается лукавое торжество суеты…». Вся суета, которая наполняла жизнь этого человека, ушла, и осталось только настоящее. И так же — внезапно, одномоментно и навсегда — исчезнет однажды суета для каждого из нас, а когда-то — и для всего этого мира. Закончатся искушения, закончится боль, закончится скорбь. И Господь примет нас, будем уповать на это, в Свои объятия Отча.

Комментарии:

нет комментариев

ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:

Отправляя данную форму, я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с политикой обработки ПД.